Джумла
Автор  Александр Елисеев мая 07, 2014

День Победы как День Революции

Когда «официоз» возвеличивает День Победы, то он имеет в виду победу государства, точнее бюрократического аппарата. Когда о Победе говорим мы, то мы должны иметь в виду Победу Революции, которая положит конец господству реакционных, архаизаторских сил у нас в стране, и во всем мире. Наследниками Победы являемся мы, а не бюрократы.

Празднование Великой Победы, на «официальном уровне», давно уже превратилось в консервативно-охранительское мероприятие, призванное как бы «освятить» нынешние порядки и провести линию преемственности – от победоносного Советского Союза до нынешней РФ, которая сегодня вроде бы тоже встала на путь геополитических свершений. Протягивают её, конечно, от державной победоносности, оставляя за кадром или даже очерняя советскость и революционность, которая была основным содержанием побед СССР. Державность, это ведь общий итог всех русских и российских побед, которые блистали и при князьях, царях и генсеках. А вот силы, которые эту державность создавали - разные, но всегда революционные. В самом деле, разве не самодержавие стало той революционной силой, которая привела русские княжества и родовые корпорации бояр к некоему прорывному проекту? Такой же силой стала и советская, социалистическая революция Октября, которую так упорно не хотят брать в соавторы Великой Победы 1945 года.

Сразу скажу, мне очень и очень не нравится то, как именно большевики распорядились своей, точнее не своей, а народной Победой октября 1917 год. Народное, общинное, советское движение было переформатировано и поставлено под жесточайший контроль партийной номенклатуры. Троцкий правильно говорил о «преданной революции», только вот он-то её и предал – вместе с Лениным и другими большевиками. А Сталин, которого Троцкий клеймил как «контрреволюционера», напротив, пытался отодрать от власти партийную номенклатуру и вдохнуть новую жизни в советскую вертикаль. (*) Именно этого он ждал от выборов 1937 года, которые должны были пройти на альтернативной основе. И на это же были направлены положения проекта партийной программы 1947 года, согласно которым все должности следовало сделать выборными, а каждое важное решение принималось бы или отвергалось только на всенародном голосовании. Вообще, Сталин не умещается в те узкие рамки, куда его пытаются впихнуть как антисталинисты, так и сталинисты. (Другое дело, что он преодолел некоторые нигилистические последствия Революции.) Во многом, именно благодаря ему советская революция так и не была окончательно остановлена партийными чиновниками, которые вынуждены были считаться как с напором Сталина, так и с живым энтузиазмом масс. А «массы» были разбужены именно Революцией, её они и носили в своём сердце, она и довела их до Рейхстага. И надежду о ней русские, советские люди зажгли в странах Восточной Европы, где тоже произошли свои революции. Неправда, что они опирались только на штыки Советской Армии, коммунисты этих стран вели за собой сотни тысяч, которые выходили на митинги и шествия в поддержку аграрной реформы и национализации земли, создавали фабричные советы и народные комитеты. Но правда, что и эти революции были осeдланы бюрократией, которая и капитулировала потом перед Западом, капитализмом и либералами – так же, как и в Советском Союзе. Однако, преобразования прошли, и они кардинально изменили облик «социалистических стран», наложив неизгладимый отпечаток и на «бывших» советских людей, и на жителей Восточной Европы.

Советский Союз сыграл революционную роль, предотвратив попытку Гитлера установить глобальную тиранию. Мировая плутократия не исключала возможность того, что именно нацисты сумеют установить новый мировой порядок и задушить всякой сопротивление Системе, отсюда и сотрудничество западных банкиров с Гитлером и его кликой. (Хотя полностью ставку на него не делали, считая, что фюреру надо справиться хотя бы с задачей-минимумом – ослабить Россию.) Но коричневый глобализм потерпел поражение, и мировые элитарии задействовали более «мягкие» технологии порабощения.

Когда «официоз» возвеличивает Победу, то он имеет в виду победу государства, точнее бюрократического аппарата. Когда о Победе говорим мы, то мы должны иметь в виду Победу Революции, которая положит конец господству реакционных, архаизаторских сил у нас в стране, и во всем мире. Наследниками Победы являемся мы, а не бюрократы, которых громил Сталин. Мы – а не догматики-«коммунисты», выступающие за возрождение бюрократического же госкапитализма. Мы – а не этатисты-державники, мечтающие о том, как «воцерквить» и «замонархичить» господ-чиновников. В 1941-1945 году люди сражались за свою страну и за власть Советов, которой не было, но которая жила в мечтах, в идеалах. И мы тоже – за власть народных, надпартийных Советов, за прямую демократию, за народный социализм, основанный на главенстве общественной, артельной собственности. Победа была Наша! И грядущая Победа будет за нами – Красное Знамя ещё взовьётся над российским и глобальным «Рейхстагом».

Так поднимем же бокалы за Победу!

За Нашу Победу!

* К слову, Троцкий только прятался за «левацкую» фразеологию. На деле он неоднократно предлагал включить СССР в систему мирового капиталистического хозяйства. Так, в статье «Советское хозяйство в опасности», написанной в 1932 году, «демон революции» писал: «Общий рост хозяйства, с одной стороны, возникновение новых потребностей и новых диспропорций, с другой, неизменно повышают нужду в связях с мировым хозяйством. Программа «независимости», т. е. самодовлеющего характера советского хозяйства, все больше раскрывает свой реакционно-утопический характер». Но реакционный характер носила как раз программа Троцкого, стремящегося укрепить глобальный капитализм советскими ресурсами. А вот сталинская программа автаркии была именно революционной, ибо она вырывала Россию из мировой системы, тем самым нанося по ней мощнейший удар.

Оставить комментарий

 

Рейтинг@Mail.ru
Top